обитель

Привет, Гость
  Войти…
Регистрация
  Сообщества
Опросы
Тесты
  Фоторедактор
Интересы
Поиск пользователей
  Дуэли
Аватары
Гороскоп
  Кто, Где, Когда
Игры
В онлайне
  Позитивки
Online game О!
  Случайный дневник
BeOn
Ещё…↓вниз
Отключить дизайн


Зарегистрироваться

Логин:
Пароль:
   

Забыли пароль?


 
yes
Получи свой дневник!

обитель > Изюм (записи, возможно интересные автору дневника)


кратко / подробно
Вчера — среда, 15 августа 2018 г.
Бродский. Renisan 10:32:52

«Вертумн»

I

Я встретил тебя впервые в чужих для тебя широтах.
Нога твоя там не ступала; но слава твоя достигла
мест, где плоды обычно делаются из глины.
По колено в снегу, ты возвышался, белый,
больше того - нагой, в компании одноногих,
тоже голых деревьев, в качестве специалиста
по низким температурам. "Римское божество" -
гласила выцветшая табличка,
и для меня ты был богом, поскольку ты знал о прошлом
больше, нежели я (будущее меня
в те годы мало интересовало).
С другой стороны, кудрявый и толстощекий,
ты казался ровесником. И хотя ты не понимал
ни слова на местном наречьи, мы как-то разговорились.
Болтал поначалу я; что-то насчет Помоны,
петляющих наших рек, капризной погоды, денег,
отсутствия овощей, чехарды с временами
года - насчет вещей, я думал, тебе доступных
если не по существу, то по общему тону
жалобы. Мало-помалу (жалоба - универсальный
праязык; вначале, наверно, было
"ой" или "ай") ты принялся отзываться:
щуриться, морщить лоб; нижняя часть лица
как бы оттаяла, и губы зашевелились.
"Вертумн", - наконец ты выдавил. "Меня зовут Вертумном".

II

Это был зимний, серый, вернее - бесцветный день.
Конечности, плечи, торс, по мере того как мы
переходили от темы к теме,
медленно розовели и покрывались тканью:
шляпа, рубашка, брюки, пиджак, пальто
темно-зеленого цвета, туфли от Балансиаги.
Снаружи тоже теплело, и ты порой, замерев,
вслушивался с напряжением в шелест парка,
переворачивая изредка клейкий лист
в поисках точного слова, точного выраженья.
Во всяком случае, если не ошибаюсь,
к моменту, когда я, изрядно воодушевившись,
витийствовал об истории, войнах, неурожае,
скверном правительстве, уже отцвела сирень,
и ты сидел на скамейке, издали напоминая
обычного гражданина, измученного государством;
температура твоя была тридцать шесть и шесть.
"Пойдем", - произнес ты, тронув меня за локоть.
"Пойдем; покажу тебе местность, где я родился и вырос".

III

Дорога туда, естественно, лежала сквозь облака,
напоминавшие цветом то гипс, то мрамор
настолько, что мне показалось, что ты имел в виду
именно это: размытые очертанья,
хаос, развалины мира. Но это бы означало
будущее - в то время, как ты уже
существовал. Чуть позже, в пустой кофейне
в добела раскаленном солнцем дремлющем городке,
где кто-то, выдумав арку, был не в силах остановиться,
я понял, что заблуждаюсь, услышав твою беседу
с местной старухой. Язык оказался смесью
вечнозеленого шелеста с лепетом вечносиних
волн - и настолько стремительным, что в течение разговора
ты несколько раз превратился у меня на глазах в нее.
"Кто она?" - я спросил после, когда мы вышли.
"Она?" - ты пожал плечами. "Никто. Для тебя - богиня".

IV

Сделалось чуть прохладней. Навстречу нам стали часто
попадаться прохожие. Некоторые кивали,
другие смотрели в сторону, и виден был только профиль.
Все они были, однако, темноволосы.
У каждого за спиной - безупречная перспектива,
не исключая детей. Что касается стариков,
у них она как бы скручивалась - как раковина у улитки.
Действительно, прошлого всюду было гораздо больше,
чем настоящего. Больше тысячелетий,
чем гладких автомобилей. Люди и изваянья,
по мере их приближенья и удаленья,
не увеличивались и не уменьшались,
давая понять, что они - постоянные величины.
Странно тебя было видеть в естественной обстановке.
Но менее странным был факт, что меня почти
все понимали. Дело, наверно, было
в идеальной акустике, связанной с архитектурой,
либо - в твоем вмешательстве; в склонности вообще
абсолютного слуха к нечленораздельным звукам.

V

"Не удивляйся: моя специальность - метаморфозы.
На кого я взгляну - становятся тотчас мною.
Тебе это на руку. Все-таки за границей".

VI

Четверть века спустя, я слышу, Вертумн, твой голос,
произносящий эти слова, и чувствую на себе
пристальный взгляд твоих серых, странных
для южанина глаз. На заднем плане - пальмы,
точно всклокоченные трамонтаной
китайские иероглифы, и кипарисы,
как египетские обелиски.
Полдень; дряхлая балюстрада;
и заляпанный солнцем Ломбардии смертный облик
божества! временный для божества,
но для меня - единственный. С залысинами, с усами
скорее а ла Мопассан, чем Ницше,
с сильно раздавшимся - для вящего камуфляжа -
торсом. С другой стороны, не мне
хвастать диаметром, прикидываться Сатурном,
кокетничать с телескопом. Ничто не проходит даром,
время - особенно. Наши кольца -
скорее кольца деревьев с их перспективой пня,
нежели сельского хоровода
или объятья. Коснуться тебя - коснуться
астрономической суммы клеток,
цена которой всегда - судьба,
но которой лишь нежность - пропорциональна.

VII

И я водворился в мире, в котором твой жест и слово
были непререкаемы. Мимикрия, подражанье
расценивались как лояльность. Я овладел искусством
сливаться с ландшафтом, как с мебелью или шторой
(что сказалось с годами на качестве гардероба).
С уст моих в разговоре стало порой срываться
личное местоимение множественного числа,
и в пальцах проснулась живость боярышника в ограде.
Также я бросил оглядываться. Заслышав сзади топот,
теперь я не вздрагиваю. Лопатками, как сквозняк,
я чувствую, что и за моей спиною
теперь тоже тянется улица, заросшая колоннадой,
что в дальнем ее конце тоже синеют волны
Адриатики. Сумма их, безусловно,
твой подарок, Вертумн. Если угодно - сдача,
мелочь, которой щедрая бесконечность
порой осыпает временное. Отчасти - из суеверья,
отчасти, наверно, поскольку оно одно -
временное - и способно на ощущенье счастья.

VIII

"В этом смысле таким, как я, -
ты ухмылялся, - от вашего брата польза".

IX

С годами мне стало казаться, что радость жизни
сделалась для тебя как бы второй натурой.
Я даже начал прикидывать, так ли уж безопасна
радость для божества? не вечностью ли божество
в итоге расплачивается за радость
жизни? Ты только отмахивался. Но никто,
никто, мой Вертумн, так не радовался прозрачной
струе, кирпичу базилики, иглам пиний,
цепкости почерка. Больше, чем мы! Гораздо
больше. Мне даже казалось, будто ты заразился
нашей всеядностью. Действительно: вид с балкона
на просторную площадь, дребезг колоколов,
обтекаемость рыбы, рваное колоратуро
видимой только в профиль птицы,
перерастающие в овацию аплодисменты лавра,
шелест банкнот - оценить могут только те,
кто помнит, что завтра, в лучшем случае - послезавтра
все это кончится. Возможно, как раз у них
бессмертные учатся радости, способности улыбаться.
(Ведь бессмертным чужды подобные опасенья.)
В этом смысле тебе от нашего брата польза.

X

Никто никогда не знал, как ты проводишь ночи.
Это не так уж странно, если учесть твое
происхождение. Как-то за полночь, в центре мира,
я встретил тебя в компании тусклых звезд,
и ты подмигнул мне. Скрытность? Но космос вовсе
не скрытность. Наоборот: в космосе видно все
невооруженным глазом, и спят там без одеяла.
Накал нормальной звезды таков,
что, охлаждаясь, горазд породить алфавит,
растительность, форму времени; просто - нас,
с нашим прошлым, будущим, настоящим
и так далее. Мы - всего лишь
градусники, братья и сестры льда,
а не Бетельгейзе. Ты сделан был из тепла
и оттого - повсеместен. Трудно себе представить
тебя в какой-то отдельной, даже блестящей, точке.
Отсюда - твоя незримость. Боги не оставляют
пятен на простыне, не говоря - потомства,
довольствуясь рукотворным сходством
в каменной нише или в конце аллеи,
будучи счастливы в меньшинстве.

XI

Айсберг вплывает в тропики. Выдохнув дым, верблюд
рекламирует где-то на севере бетонную пирамиду.
Ты тоже, увы, навострился пренебрегать
своими прямыми обязанностями. Четыре времени года
все больше смахивают друг на друга,
смешиваясь, точно в выцветшем портмоне
заядлого путешественника франки, лиры,
марки, кроны, фунты, рубли.
Газеты бормочут "эффект теплицы" и "общий рынок",
но кости ломит что дома, что в койке за рубежом.
Глядишь, разрушается даже бежавшая минным полем
годами предшественница шалопая Кристо.
В итоге - птицы не улетают
вовремя в Африку, типы вроде меня
реже и реже возвращаются восвояси,
квартплата резко подскакивает. Мало того, что нужно
жить, ежемесячно надо еще и платить за это.
"Чем банальнее климат, - как ты заметил, -
тем будущее быстрей становится настоящим".

XII

Жарким июльским утром температура тела
падает, чтоб достичь нуля.
Горизонтальная масса в морге
выглядит как сырье садовой
скульптуры. Начиная с разрыва сердца
и кончая окаменелостью. В этот раз
слова не подействуют: мой язык
для тебя уже больше не иностранный,
чтобы прислушиваться. И нельзя
вступить в то же облако дважды. Даже
если ты бог. Тем более, если нет.

XIII

Зимой глобус мысленно сплющивается. Широты
наползают, особенно в сумерках, друг на друга.
Альпы им не препятствуют. Пахнет оледененьем.
Пахнет, я бы добавил, неолитом и палеолитом.
В просторечии - будущим. Ибо оледененье
есть категория будущего, которое есть пора,
когда больше уже никого не любишь,
даже себя. Когда надеваешь вещи
на себя без расчета все это внезапно скинуть
в чьей-нибудь комнате, и когда не можешь
выйти из дому в одной голубой рубашке,
не говоря - нагим. Я многому научился
у тебя, но не этому. В определенном смысле,
в будущем нет никого; в определенном смысле,
в будущем нам никто не дорог.
Конечно, там всюду маячат морены и сталактиты,
точно с потекшим контуром лувры и небоскребы.
Конечно, там кто-то движется: мамонты или
жуки-мутанты из алюминия, некоторые - на лыжах.
Но ты был богом субтропиков с правом надзора над
смешанным лесом и черноземной зоной -
над этой родиной прошлого. В будущем его нет,
и там тебе делать нечего. То-то оно наползает
зимой на отроги Альп, на милые Апеннины,
отхватывая то лужайку с ее цветком, то просто
что-нибудь вечнозеленое: магнолию, ветку лавра;
и не только зимой. Будущее всегда
настает, когда кто-нибудь умирает.
Особенно человек. Тем более - если бог.

XIV

Раскрашенная в цвета зари собака
лает в спину прохожего цвета ночи.

XV

В прошлом те, кого любишь, не умирают!
В прошлом они изменяют или прячутся в перспективу.
В прошлом лацканы уже; единственные полуботинки
дымятся у батареи, как развалины буги-вуги.
В прошлом стынущая скамейка
напоминает обилием перекладин
обезумевший знак равенства. В прошлом ветер
до сих пор будоражит смесь
латыни с глаголицей в голом парке:
жэ, че, ша, ща плюс икс, игрек, зет,
и ты звонко смеешься: "Как говорил ваш вождь,
ничего не знаю лучше абракадабры".

XVI

Четверть века спустя, похожий на позвоночник
трамвай высекает искру в вечернем небе,
как гражданский салют погасшему навсегда
окну. Один караваджо равняется двум бернини,
оборачиваясь шерстяным кашне
или арией в Опере. Эти метаморфозы,
теперь оставшиеся без присмотра,
продолжаются по инерции. Другие предметы, впрочем,
затвердевают в том качестве, в котором ты их оставил,
отчего они больше не по карману
никому. Демонстрация преданности? Просто склонность
к монументальности? Или это в двери
нагло ломится будущее, и непроданная душа
у нас на глазах приобретает статус
классики, красного дерева, яичка от Фаберже?
Вероятней последнее. Что - тоже метаморфоза
и тоже твоя заслуга. Мне не из чего сплести
венок, чтоб как-то украсить чело твое на исходе
этого чрезвычайно сухого года.
В дурно обставленной, но большой квартире,
как собака, оставшаяся без пастуха,
я опускаюсь на четвереньки
и скребу когтями паркет, точно под ним зарыто -
потому что оттуда идет тепло -
твое теперешнее существованье.
В дальнем конце коридора гремят посудой;
за дверью шуршат подолы и тянет стужей.
"Вертумн, - я шепчу, прижимаясь к коричневой половице
мокрой щекою, - Вертумн, вернись".

1990

Категории: Стихи
yeah eregrace 10:32:41
- Ежедневное напоминание: красота начинается в твоей голове, а не твоем зеркале
воскресенье, 12 августа 2018 г.
yeah eregrace 05:53:51
Доктор Пёс: у вас лишний вес. Я хочу, чтобы вы каждый день гуляли
Пациент: хорошо, начну завтра
Доктор Пёс (уже с поводком в зубах): вы начнёте прямо сейчас
­­
суббота, 11 августа 2018 г.
вот что вам скажу чипизация в смысле использую воможности высокго технологий поставить в мозг так на gffadsgafdgfds в сообществе cfdsfsdfsd76575 17:21:54
 обвиняю власти казахстана и его союзников из бизкого зарубежья Россию и дальн7его зарубежия заканчивая США и международного финансового олигархата в нарушений прав человека и личности исползуя выскоких технологий в прямом смысле чипизаций населения с помощью КНБ и секретных лабораторий и тюрем ЦРУ где пытает и преврещает из людей человекоподобных роботов и нарушая всех мыслимых и немыслимых физилогических психологических архитектуру человекак и личности проводя нечелечские эксперименты
айдарsays:

дополнения к вышестоящему комментарию
вот что вам скажу чипизация в смысле использую воможности высокго технологий поставить в мозг так называемую нейиросеть который выполняет функцию ограничения мысленный деятельности и не дает нормально функционировать память человека а так же дает возможность говорить оператору все что угодно неопсредственно в мозг человека как будьто человек слушает радио и много чего а так же одновременно частично соединяеться с человеком и как он сам чувсвует и сканирует мозг и мыслительную деятельность а так же читает мысли человека
считаю это величаейщим преступлением против человечества итд итп
а так же исползует возможности (и или будут исползвать) высоких технологий проникает в мозг человека как будьто капля дождя на каждого человека индивидуально и одновременно на всех леюдей как дождь или либо какая то сгусток энергий точно так же или волны океана который покрывает землю на всю территорию с неба или либо из какого то аппарата внезменого или на земле а так же возможно исползует какие то электромагнитные волны который действует на человека различном образом а так же проникает мозг и видят память человека и читает мысли одноврменно кроме того может точно так же действует как вышеназваные способы
кроме того власти всего мира а так же тайное мировое правительство хотят полностью контролировать людей а так же быть в качестве свахи между мужчинами и женщинами кроме того сами хояфт решать кто с кем будут встречаться жениться выйти замуж а так же исползовать людей в качестве сексуалного обекта сами решать кого они будут обслуживать кроме того хотят и кроме ого уже может действовать точно так же отправляя десант от власти который будут либо насиловать женщин мужчин или их исползвать в качестве сексуалного обекта кроме того может различном путем а так же сиползуя высоких технологий проникая в мозг хоять двух людей который либо встрчаеться любио женаты либо имеет какое то отношения хотят развести итд итп


хочу обратить внимания общественности на беззакония творимый назарбаевым он наслиьно удерживает людей в заложниках не дает встречаться родным и близким ктог связан с оппозициоей либо оппозиционно настроенных гражддан чинитть различные рода препятствия и не джает общаться и встречаться


прошу обратить внимания обществоенности на беззакония творимый Назарбаевым он для того чтоб удержать власть с помощью высоких технологий и психотропных веществ усыпляет людей то есть не может человек просыпаться утром чтоб встать на работу нарушает нормальную работу мозга и не даеть спать
"Отрывок из книги Эффект Люцифера - Филип Зимбардо. №7" Aльфарий 05:22:53
Морские пехотинцы хладнокровно убивают иракских мирных жителей


До сих пор мы говорили о «бочке дегтя» – тюрьмах, которые могут развратить хороших охранников. Но есть «бочка» еще больше, еще ужаснее. Это «бочка» войны. Во время любой войны, во все времена, в любой стране, обычные и даже хорошие люди превращаются в убийц. Именно этому учат солдат: убивать тех, кто считается врагом. Однако в чрезвычайно напряженных условиях боевых действий, в обстановке постоянной усталости, страха, гнева, ненависти и мести люди могут потерять нравственные ориентиры и начать убивать не только вражеских солдат. Если военная дисциплина не поддерживается на должном уровне, если солдаты забывают о том, что несут личную ответственность за свои действия, если офицеры высшего звена не контролируют ситуацию, то ярость прорывается наружу, и мы наблюдаем невообразимые оргии насилия и убийства мирных жителей. Именно так было в Милай (Сонгми) и в других, менее известных случаях резни, например, устроенной бойцами «Тайгер Форс» во Вьетнаме. Это элитное подразделение оставило за собой кровавый след длиной в семь месяцев, убивая безоружных мирных жителей. К сожалению, жестокость войны, растекающаяся с полей битв и захлестывающая мирные города, снова проявилась в Ираке.

Военные эксперты говорят, что в ходе асимметричных военных действий, когда солдатам приходится воевать с неуловимым врагом, им становится все труднее и труднее поддерживать дисциплину. Военные преступления происходят во время любой войны, оккупационные силы совершают их почти всегда, даже самые «высокотехнологичны­е». «Боевые действия – это стресс, и преступления против мирного населения – классический симптом военного стресса. Когда солдат и боевых действий много, кто-то обязательно начнет убивать мирных жителей», – считает один из руководителей научного центра армии в Вашингтоне.

Подробнее…Нужно признать, что солдаты – это хорошо обученные убийцы, которые успешно прошли интенсивный тренинг в учебных лагерях, и их испытательной площадкой было поле битвы. Они должны научиться подавлять свои моральные принципы и забывать о заповеди «Не убий». Военная подготовка предназначена для того, чтобы «перепрограммировать» мозг, научить его считать, что убийства в военное время – это естественная реакция. Эта наука называется «киллологией». Этот термин ввел подполковник в отставке Дэйв Гроссман, преподаватель военной академии в Уэст-Пойнте. Теория «киллологии» описана в его книге «Об убийстве» (On Killing) и на его веб-сайте.

Однако иногда «методы создания убийц» выходят из-под контроля, и тогда убийства становятся обычным делом. Вот слова солдата, парня 21 года, который только что убил мирного жителя Ирака, отказавшегося остановить машину для проверки. «Ничего особенного. Здесь убить человека – все равно что раздавить муравья. По-моему, убить человека – это все равно что подумать: „А не пора ли съесть пиццу?“ Я думал, что убийство человека – это событие, которое меняет всю жизнь. А потом я это сделал и подумал: „Ну и что?“».

19 ноября 2005 г. в иракском городе Хадите у дороги взорвалась мина. Был убит американский морской пехотинец и ранены еще двое солдат. По данным следственной группы ВМФ, через несколько часов погибли 15 иракских мирных жителей – якобы от взрыва самодельного взрывного устройства. Дело было закрыто, потому что от взрывов в Ираке почти каждый день погибает много людей. Однако один из жителей Хадита (Тахер Тхабет) сделал видеозапись трупов этих иракцев, и на ней явственно видны пулевые ранения. Он передал эту запись в бюро журнала Time в Багдаде. В итоге было проведено серьезное расследование убийства 24 гражданских лиц солдатами батальона морской пехоты. Было выяснено, что морские пехотинцы ворвались в дома трех местных жителей, методично расстреляли и забросали гранатами почти всех, кто там находился, в том числе семерых детей и четырех женщин. Кроме того, они застрелили таксиста и четверых студентов, остановивших их такси на дороге.

Один из худших ужасов войны – изнасилования женщин, как это было во время резни в Руанде, когда ополченцы-хуту насиловали женщин тутси, о чем говорилось в первой главе. Новые свидетельства не менее ужасной жестокости всплыли в Ираке. Федеральный суд рассматривает обвинение группы американских солдат из 101-й Воздушно-десантной дивизии в изнасиловании четырнадцатилетней девочки. Перед этим они убили ее родителей и четырехлетнюю сестру, а после изнасилования выстрелили ей в голову и сожгли все тела. Есть неопровержимые доказательства того, что они совершили это кровавое преступление намеренно. Увидев молодую девушку на контрольно-пропускном пункте, они сняли форму (чтобы их не узнали), а перед тем, как изнасиловать ее, убили всю ее семью. Армейское руководство пыталось возложить ответственность за эти убийства на повстанцев.


­­


Категории: Картинки, Мудрости проверенные временем, Общая категория
четверг, 9 августа 2018 г.
Взято: Тест: Kokuhaku Love Confession - Испания Маи Асакай 19:42:09
­NBene 29 декабря 2017 г. 14:54:18 написала в своём дневнике ­•Try your luck•
В последний раз вырвавшись из оркестровой ямы, звуки музыки, дребезжа, угасли где-то под потолком. Зажегся свет, и зал взорвался аплодисментами. Самопровозглашённая­ актёрская труппа выстроилась на сцене полукругом; поминутно переглядываясь, ученики облегчённо улыбались: долгие месяцы репетиций стоили потраченных усилий, доказательство тому – всё не смолкавшие рукоплескания. Взявшись за руки, актёры поклонились публике до пола и по одному начали отходить к кулисам.
– Постой! – [Твоё имя] почувствовала, как кто-то схватил её за рукав платья, и подняла на незнакомца заинтересованный взгляд: подле девушки стоял Испания. Его зелёные глаза смотрели напряжённо, испытующе.
– Антонио? – изумилась [Твоё имя]. – Что-то случилось?
Проигнорировав вопрос, тот зачем-то спустился в зрительный зал. В толпе на мгновение мелькнуло чьё-то знакомое лицо, и в следующую секунду парень уже поднимался на сцену с букетом насыщенно-красных роз, обёрнутых глянцевой бумагой.
– Всё-таки у каждого рыцаря должна быть своя Прекрасная Дама, – зардевшись, улыбнулся Испания. В свете софитов его бутафорские латы поблёскивали совсем как настоящие.
Охнув, [Твоё имя] покраснела и прикрыла рот ладошкой. Под поднимающийся ажиотаж Антонио по-кавалерски опустился на одно колено и протянул девушке букет; от смущения его щёки были ало-розовыми в тон бархатистым лепесткам цветов.
– [Твоё имя], станешь ли ты дамой моего сердца?..
­­
Северная Италия:
– Ве-е, Испания всё так тщательно продумал, и речь отрепетировал, и букет красивый подобрал! [Твоё имя] должна согласиться!.. – Италия покосился на Кику, поспешно снимающего крышку с объектива камеры. – Япония, ты будешь записывать? А потом дашь видео посмотреть?
/заваливает японца вопросами, мешая тому нормально снимать: не удивляйся, если на записи голос Феличиано будет заглушать ваши с Испанией реплики/
Германия:
– Италия, ты можешь помолчать хотя бы минуту? – Людвиг зажал тому рот ладонью. – Надо ловить момент, он всё равно скоро закончится. Надеюсь...
/поначалу будет шикать на гиперактивного итальянца, но в итоге сам взмолится, чтобы всё поскорее разрешилось. Главный вывод: в солдаты ты точно не годишься, думаешь и сомневаешься слишком много/
Япония:
/снимает всё на камеру: для него знакомство с традициями признания в любви по-европейски – новый и интересный опыт. Потом, если примешь предложение Испании, можете попросить Кику показать запись – Япония и сам с радостью пересмотрит этот знаменательный момент/
Америка:
– [Твоё имя], не бойся! – сложив руки рупором, прокричал Альфред. – Иди к Испании и не слушай этого занудного англичанина!
/не стесняется орать во весь голос, хотя стоит довольно далеко от сцены. Всецело поддерживает тебя и думает, что вы с Испанией созданы друг для друга/
Англия:
– Что он себе позволяет! Этот наглец превратил серьёзный спектакль во второсортное шоу! – как можно громче проворчал Англия, сложив руки на груди. – Я всей душой надеюсь, что [Твоё имя] – девушка разумная и не поведётся на его дешёвые ухаживания.
/после выступления хотел отвести тебя в сторонку и объясниться сам, но «чёртов Испания» его опередил, да провернул всё с таким размахом, что теперь Англии остаётся только кусать локти и испепелять Антонио взглядом. И что бы ты там себе ни решила, а дерзновенная, по мнению Англии, выходка испанца так просто тому с рук не сойдёт: Артур с лёгкостью найдёт предлог – старых обид у него предостаточно – и вызовет соперника на дуэль/
Франция:
– Ах, ma chere [Твоё имя], бедняжка прямо-таки обезоружена признанием Испании, – сентиментально смахнув слезу, промурлыкал Франциск и, покосившись на Англию, добавил: – И лучше Испании для неё никого нет и не будет.
/поначалу сам испытывал к тебе лёгкую симпатию, однако, увидев, как в твоём присутствии заливается краской Испания, бросил все силы на помощь другу. Именно он, кстати, и подал испанцу идею для признания; ещё бы, ведь Франция – знаток романтики. Он же передал из зала букет, который до этого самолично (!) составлял и обёртывал – представляешь, какая тут развёртывалась операция! Не сомневается, что в итоге вы с Антонио будете вместе/
Россия:
/будет только рад, если вы сойдётесь с Испанией: с Иваном вы хорошие друзья, и через тебя он надеется наладить контакт и с Антонио/
Китай:
/сочувствует тебе и считает, что ты просто растерялась, вот и застыла на одном месте. Зато, если ты ответишь Испании «да», он вам преподнесёт коробку национальных вкусностей в качестве подарка/
Дания:
– А у него губа не дура, если решил подкатить к [Твоё имя], – присвистнул Хенрик. – Норвегия, ты только глянь!..
/никогда не был особо близок ни Испании, ни тебе, однако уже уважает Антонио за смелость и креативность. Хотел бы видеть вас вместе/
Норвегия:
Поглощённый зрелищем, Дания в порыве чувств положил ладонь на плечо друга.
– Не трогай меня. – Норвегия грубо ударил блондина по руке и, развернувшись, стал протискиваться к выходу.
– Ты куда? – опешил датчанин, потирая ушибленную конечность. – Самое интересное только…
– Спектакль окончен, – бросил синеглазый через плечо, – больше здесь делать нечего.
Подсознательно норвежец понимал, что ещё хотя бы минуту в этом помещении просто не выдержит: его душила ревность.
/кто бы мог предположить, что такой холодный и сдержанный парень, как Норвегия, воспылает столь жгучими и глубокими чувствами? Норвегия никогда не жаждал любви и даже помыслить не мог, что однажды она захлестнёт его с головой: парень мучился, проклинал себя, тебя и весь белый свет, однако никак не мог заставить себя перестать искать с тобой встречи, ловить твой взгляд или оборачиваться вслед, когда ты проходила мимо. Поэтому, если ты вдруг согласишься на предложение Испании, не удивляйся, что Норвегия будет шарахаться от вас как от огня: бедняге свои чувства принять-то не просто, а отказаться от них – ещё сложнее/
Исландия:
/уже тот факт, что ты обрекла Норвегию на душевные страдания (а брата ему, как-никак, жаль), заставляет Халлдора менять своё отношение к тебе в сторону «минус». Хотя, если Испании ты предпочтёшь норвежца, воспринимать будет чуточку лучше/
Финляндия:
– [Твоё имя] попала в стрессовую ситуацию, да ещё на глазах у целого зала. Нужно отнестись к ней терпимее и дать немного времени подумать, – понимающе улыбнулся финн. – Если бы я был на её месте, я бы тоже очень смущ... Ой! – притих Тино, ощутив на себе тяжелый взгляд Швеции.
/парню очень не понравилось, как на него посмотрел Бервальд, поэтому на какое-то время Финляндия отключился от происходящего и бочком стал пробираться к выходу. Даже не подозревает, что и Норвегия что-то к тебе испытывает, но когда узнает об этом, то не будет относиться к тебе предвзято/
Швеция:
/по-видимому, уловил какой-то намёк в словах Финляндии, поэтому удивлённо на него воззрился. Когда Тино раскраснелся и ретировался, удивился ещё больше/
Канада:
/очарован тобой в образе средневековой королевы и удручён, что теперь, скорее всего, не сможет подбросить тебе цветы: незаметного канадца могут просто-напросто задавить в толпе/
Австрия:
Затаив дыхание, Родерих во все глаза наблюдал за [Твоё имя] из оркестровой ямы, видя, как она мнётся в нерешительности, то шагая Испании навстречу, то пятясь назад.
– Только не это, – простонал Австрия, когда девушка вновь робко подступила к Антонио, и дрожащими пальцами расстегнул верхнюю пуговицу рубашки, хватая ртом воздух и чувствуя, что теряет сознание…
Ба-бах!
/ты – муза и предмет воздыхания Австрии с первых минут вашего знакомства, с твоим появлением в жизни молодого человека у того словно открылось второе дыхание, чем и объяснялась бешеная популярность музыкального сопровождения в его исполнении для постановок– ведь параллельно на сцене блистала ты! Стоит отметить, что любовь Родериха носит скорее платонический характер: он обожал тебя издалека, всё не решаясь заговорить, и в сознании Австрии всё никак не вяжется, что его Музу сейчас могут вот так запросто увести/
Венгрия:
– Господин Австрия! – вскрикнула Венгрия, невольно сделав шаг к краю сцены. – Он же мог ушибиться!..
/серьёзно испугалась на внезапно упавшего в обморок австрийца, а вот на тебя и твой выбор, как бы это резко ни звучало, плевать хотела с высокой колокольни… до тех пор, пока она не прознает о чувствах Родериха к тебе/
Пруссия:
/от души поржал над переволновавшимся Австрией и сердобольной венгеркой, готовой броситься на выручку горе-дирижёру прямо со сцены, но всё-таки больше ждёт развязки затянувшейся между тобой и испанцем сцены. Поддерживает товарища и надеется, что ты ответишь тому взаимностью/
Швейцария:
/уже устал поминутно сверяться с часами и закатывать глаза. Его раздражает, что ты тратишь время окружающих и битый час не можешь определиться с решением. Если бы парень находился сейчас на сцене вместе с вами, сам толкнул бы тебя в объятия Испании, только бы всё поскорее закончилось/
Лихтенштейн:
/твоя служанка по сценарию и большая поклонница – в реальной жизни, Лихтенштейн, пожалуй, одна из самых преданных твоих фанатов: девочка искренне восхищается тобой и хочет уметь выглядеть так же женственно и роскошно/
Испания:
/В данный момент парень молит Бога лишь об одном: чтобы на его чувства ты ответила взаимностью, поэтому сказать, что он ужасно взволнован, – ничего не сказать. И хотя испанец отнюдь не робкого десятка, даже ему было трудно решиться перейти к активным действиям, да ещё такого масштаба, и сейчас Антонио с каждой секундой всё больше беспокоит промедление с твоей стороны: а действительно ли ты чувствуешь к нему в ответ то же самое?../
Южная Италия:
– Ну же, глупая женщина, бери уже наконец этот чёртов букет! – в сердцах воскликнул итальянец, будто ты могла его услышать.
/пусть Романо каждый раз демонстративно фыркает, но к испанцу он всё-таки по-своему привязан и желает ему в основном добра. Никак не поймёт, чего тут так долго раздумывать – хватай букет, и в мире станет на пару счастливых людей больше/
Бельгия:
/считает, что к испанцу ты на самом деле ничего не испытываешь, иначе в первую же секунду бросилась бы ему на шею. Что ж, у каждого свои представления касательно настоящих чувств/
Нидерланды:
/даже заморачиваться по поводу чьих-то там отношений не хочет, и его выводит, что сестра мусолит эту тему, пытаясь развести парня на диалог/
Польша:
– А там это... – Феликс лениво указал в сторону оркестровой ямы. – Типа человеку плохо...
/безуспешно пытался привлечь внимание окружающих, но, убедившись, что помощь уже в пути, продолжил флегматично наблюдать за происходящим на сцене. Да он сам пофигизм/
Литва:
/во все глаза наблюдает за вами с Испанией, а сам в голове прикидывает, оценила бы Беларусь такой же поступок с его стороны. Мысленно благодарен испанцу за идею, только и всего/
Латвия:
/поддержит Литву, когда Торис поделится с прибалтами идеей признаться возлюбленной тоже где-нибудь в публичном месте/
Эстония:
/остаётся хладнокровным и предлагает сначала посмотреть, завершится ли ситуация с Испанией успехом/
Украина:
– О боже, бедный Австрия! – Украина всплеснула руками. – Не удивительно, что ему стало плохо: здесь такая духота, пойду подам воды!..
/единственная (разумеется, после Венгрии), кого больше заботит самочувствие упавшего в обморок австрийца/
Беларусь:
– Ну давай, глупенькая, чего ты медлишь, – пробурчала Наталья себе под нос, – я же предупреждала тебя, ты должна была быть к этому готова...
/несмотря на противоположность характеров, вам, как ни странно, удалось прекрасно сдружиться. Что удивительно, Беларусь даже брата к тебе не ревнует, понимая, что к такой притягательной личности, как ты, сложно относиться негативно. Не раз заводила с тобой разговор на тему Испании, так как ясно видела его отношение к тебе, однако ты будто и слушать не желала, вызывая у Натальи желание настучать по твоей непутёвой головушке. Считает, что ты сама себя проучила, оказавшись в таком неловком положении – а ведь Беларусь не раз тебе намекала, – но корить тебя при этом не будет/
Турция:
/параллельно на ваши взаимоотношения с испанцем, а вот твою актерскую игру и наряд оценил, сочтя, однако, что костюм восточной красавицы, которую ты играла в прошлом месяце, шёл тебе больше/
Греция:
/к концу представления выпал из реальности, ударившись в философию и мысленно сравнивая постановки времён античности с современными. С небес на землю его вернула поднявшаяся шумиха, так что пока Геракл лишь непонимающе озирается и усердно пытается догнать, что же тут происходит/
Сейшелы:
/если внимательно прислушаться, можно уловить тихий скрежет зубов: девушке страшно завидно, что к тебе подбивают клинья сразу несколько парней, а с ней в лучшем случае флиртует только общеизвестный Франция/
Силенд:
/узнал о чувствах Англии к тебе и теперь разрабатывает свой детский коварный план: неразглашение тайны в обмен на признание его государством. А он хитёр для своих-то лет/
Источник: http://arnlaug.beon­.ru/0-36-test-kokuha­ku-love-confession-i­spanija.zhtml
ТРАБЛ ОФ МАЙ МАЙНД ЕРАЛАШ тупая дура в сообществе СпАм И фЛуД!!!!!!!!! 16:10:51
­­

Категории: ФОТКИ!!!, ВИНКС
16:17:42 Ripley the edgelady
о у меня такая карточка была любимая
16:19:03 ЕРАЛАШ тупая дура
Да все вчто связан с винкс очень крутое!
это лучше чем ваши гороскопы) милая ведьма. 14:46:14

Этико-интуитивный интроверт - "Гуманист" (Достоевский, INFJ)
Подробнее…Описание по функциям
1. R - этика отношений
Хорошо различает отношения, которые складываются между людьми. Знает, кто с кем уживается или не уживается. Отношение к себе улавливает хуже, поэтому страдает излишней доверчивостью. Для него много значат честность и порядочность в человеческих отношениях. Измены и предательства не прощает. С людьми, которые его сильно подвели, рвет всякие отношения. Отличается предупредительностью и мягкостью в общении на далекой дистанции. Гуманизм проявляет в делах, избегает деклараций и красивых слов. Наделен даром великодушия. Умеет прощать даже своим врагам, если они искренне покаялись. Со всеми поддерживает ровные, доброжелательные отношения.
2. I - интуиция возможностей
Обладает талантом воспитателя, поскольку понимает, как надо раскрывать способности людей. С детьми обращается как со взрослыми, поощряя самостоятельность и другие качества, необходимые для взрослой жизни. Очень ценит дружеский обмен мнениями, который создает атмосферу доверия и уважения к позиции другого человека. Поддерживает взаимопонимание в коллективе, в котором находится. Ориентируется в самых сложных жизненных ситуациях. Люди обращаются к нему за советом для подтверждения возможности того, к чему они стремятся или чего опасаются. Тянется к новому, необычному. Любит самообразование. Пытается отыскать взаимосвязь между различными учениями и теориями, как правило, духовно-гуманитарного характера. Как никто другой понимает воздействие религии на жизнь людей.
3. L - структурная логика
Умеет заставить себя быть дисциплинированным и исполнительным. Добросовестен, хотя и медлителен в исполнении конкретной работы. Проявляет тщательность в деталях. Строго придерживается взятых обязательств. Работает скромно, без шума и похвал. Стремится объективно, без эмоций разобраться в ситуации, анализируя факты. Однако ему трудно выразить свое понимание проблемы аналитическим языком. В официальной обстановке выглядит сдержанным и суховатым. Очень не любит проявлять свое отношение на людях. Трудные задачи решает благодаря большому запасу терпения, которым его наградила природа.
4. F - силовая сенсорика
Впечатлителен и раним, тяжело переносит грубость. Не может давить на людей, заставлять их что-либо делать помимо своей воли. Хотя и очень нервничает в экстремальных ситуациях, но берет себя в руки и действует решительно, если задеты близкие ему люди. Волна переживаний накатывается уже тогда, когда опасность позади. Выбирает в партнеры тех, кто его подталкивает к активной деятельности, мобилизует, а не тех, кто ограждает от волнений и снимает с него ответственность. Резко отвечает на попытки воздействовать на него принуждением или грубой силой. В такой ситуации способен вспылить, открыто высказать свое негативное отношение. Раздражителен в общении с недоброжелателями.
5. Р - деловая логика
Не может сидеть сложа руки, когда другие работают. Его не нужно агитировать на дело. Лучший способ подключить его к работе - личный пример. От комфортного, хорошо организованного труда получает истинное удовольствие. Ему нравится, когда помогают освободиться от бесполезной траты сил, рационально обустроить рабочее место. Нет необходимости выдавать ему подробные инструкции, долго вводить в курс дела. Нужную информацию разыщет сам. Главное, чтобы то, что требуется для работы, находилось под рукой. Имеет склонность перетруждаться, засиживаться за работой. Благодарен тем людям, которые позаботятся о его отдыхе и сохранении здоровья.
6. S - сенсорика ощущений
Его настроение сильно зависит от физического состояния. Когда вокруг неудобства или когда болеет, его охватывает пессимизм и плохое настроение. Испытывает внутреннюю потребность ухаживать за слабыми и больными. Однако надо, чтобы это понимали, иначе обижается, хотя ничего и не скажет. Чувствует себя комфортно в небольших, но теплых компаниях. Заботится о настроении людей своего круга. Если надо, то приободрит или утешит. К своей внешности относится критически. Не любит, когда ему навязывают, что надеть или как выглядеть, хотя и нуждается в одобрении и советах относительно внешнего вида и использования тех или иных предметов обихода. Избегает броской, выделяющейся одежды.
7. Е - этика эмоций
Лучше других предчувствует назревание конфликтов. Обращает внимание на отрицательные эмоции людей, осуждает их, однако сам предотвратить не может. Умеет выслушать человека, посочувствовать, снять с него эмоциональное напряжение. Свои же переживания может открыть только очень близким людям. Глубоко переживает отрицательные, драматические события в жизни окружающих, даже если они его непосредственно и не касаются. Внутренне очень эмоционально напряженный и нервный человек. Хотя и умеет контролировать собственные эмоции, но периодически нуждается в эмоциональных разрядках. Срывается в общении с близкими, если уличает их во лжи, эгоизме, безразличии.
8. Т - интуиция времени
Живет и работает спокойно, размеренно. Не любит отставаний или же забеганий вперед. Тяжело перестраивается на новый рабочий ритм. Не терпит бесполезной траты времени. Не станет долго ждать необязательного человека. Сам же пунктуален, заканчивает порученную работу точно к назначенному сроку. Не жалеет времени для работы. Труд оценивает по количеству затраченного времени. Трудовую деятельность всегда отделяет от развлечений. Умеет рассчитать, сколько на кого следует потратить времени. Не любит болтливых людей, которые много сил отдают обсуждению не относящихся к делу проблем. Не станет отрывать людей от работы пустыми вопросами.
Внешние признаки
Самый надежный ориентир, позволяющий идентифицировать этот социотип по внешности, - бесстрастное лицо. Классические черты его внешности напоминают лики святых или мучеников с икон: прямой удлиненный нос, не отступающий далеко от плоскости лица. Само лицо обычно правильной овальной формы. На лице как бы лежит печать страдания. Никогда не проявляет бурных положительных эмоций. Может только улыбаться. На расстоянии на лице у ЭИИ написан как бы немой укор всему грешному, что происходит вокруг. То же слышится и в интонации его речи. ЭИИ с усиленной этикой имеет, как правило, худую, аскетическую фигуру. В движениях резок, довольно подвижен. Если же усилена интуиция, то фигура бывает полная, расплывшаяся, движения неуклюжие. Черты лица в этом случае тоже отклоняются от канонического образца. Походка ЭИИ имеет следующую особенность: ступни ног высоко не отрываются от земли, Перемещаются параллельно полу. Из-за мелкого шага походка получается семенящей. В одежде ЭИИ наблюдаются крайности. С одной стороны, выделяться не стремится, предпочитает скромную, но со вкусом одежду /этический тип/. С другой стороны, может нарядиться очень ярко, как попугай, согласно моде. Последнее характерно для мужчин интуитивного подтипа.
Манера общения
ЭИИ любят вначале наблюдать за людьми, оценивая складывающиеся отношения, и только потом вступать в общение. Первыми инициативу не проявляют. Резкость, обидчивость, свойственные ЭИИ, особенно если усилена этика, делают его в общении не удобным. Его морализаторский тон, монотонный "церковный" голос гасят игривость и веселый настрой, настраивают людей на минорный лад, как бы заставляя задумываться обо всем плохом, что происходит в этом мире. Самое характерное для определения этого типа личности по манере общения - это его "исповедальность". Люди часто обращаются к нему за советом и утешением в трудную минуту своей жизни, изливают душу. ЭИИ людей никогда не отталкивает, готов выслушать их столько, сколько надо, пока человек не успокоится. Со своим личным временем при этом не считается. Во всем старается разобраться объективно, беспристрастно, отбросив эмоции. После этого логически подводит человека к необходимому выводу. Из-за своей негибкой позиции иногда окружающими воспринимается как наивный, не умеющий жить как все, человек. Он действительно совершенно не способен схитрить, подстроиться, сыграть нужную по ситуации роль.
Особенности поведения
Главная особенность его поведения, помогающая надежно идентифицировать данный соционический тип, это готовность прийти на помощь близким людям. Особенно это касается тех, кто попал в трудные жизненные ситуации. Причем его забота проявляется не словом, а делом. У ЭИИ хорошо получается примирение людей. Он как бы становится между враждующими сторонами, поддерживая хорошие отношения с обеими, чем часто вызывает на себя огонь с двух сторон. Не может давить на людей, кричать, проявлять агрессивность. Самое сильное из его наказаний полное игнорирование человека. Таких людей упорно не замечает до тех пор, пока они не признают свою вину и не попросят прощения. Другая характерная черта поведения ЭИИ добросовестность в исполнении конкретной работы. Делает все тщательно, с высоким качеством. Усидчив. Требователен к чистоте и порядку. Дома часто делает уборку, тщательно складывает вещи (женщины). Любит спокойный, размеренный ход жизни. Ко всему старается подготовиться заблаговременно. На него всегда можно положиться. Не любит выделяться. Когда другие работают, он тоже работает вместе со всеми. Если же все сидят, он тоже сидит. Обычно не выносит сцен насилия, вида ран и крови. Не может долго находиться в закрытом пространстве.
Рекомендации
Вашей сильной стороной является глубокое понимание людей и человеческих взаимоотношений. Вы интересуетесь мотивами поступков, душевными качествами, отношениями между людьми, за которыми наблюдаете длительное время. И чем дольше длится это изучение, тем безошибочнее Вы определяете характер человека: каков он есть на самом деле, а не каким хочет казаться.
Вы стремитесь к теплым, дружеским отношениям между людьми, не переносите грубости и насилия. В этом проявляется гуманистическая направленность Вашей личности, за это Вас ценят и уважают окружающие. Ваше знание людей и жизненный опыт всегда помогут Вам найти свое место в коллективе. Другое Ваше преимущество, благодаря которому Вы заслуживаете признательность людей, - неизменная чуткость, доброта и внимательность к людям. Свое сострадание к ним Вы стараетесь проявить на деле, а не только на словах. Вы, не жалея собственных сил и времени, помогаете каждому, кто действительно нуждается в Вашей помощи.
Конечная цель Вашей деятельности - создание спокойной, гармоничной, бесконфликтной обстановки, в которой каждый мог бы раскрыть свои способности. Вы - лучший утешитель и примиритель. Прощая людям их отрицательные поступки и прегрешения. Вы воздействуете на их совесть, заставляете задуматься над нравственными основами нашей жизни. Проблемой, тревожащей Вас, является недостаток решительности и инициативности, неумение требовать в волевой форме. Этому способствует и некоторая застенчивость или даже робость, присущая Вашему характеру в той или иной степени. Вы очень щепетильны, боитесь показаться навязчивым, неуместно вызывающим внимание к себе.
Вы - человек скромный, неагрессивный. Приняв вызов. Вы не решаетесь активно отреагировать, предпочитаете свои обиды таить в себе. Вам даже неудобно принять защиту от других. Вы считаете, что человек, обидевший Вас, сам должен все осознать и раскаяться. Если же он этого не делает, Вы стараетесь избегать общения с ним, наказывая его молчанием. Вам рекомендуется развивать в себе самозащиту: прямо высказывать свое осуждение непорядочности и бесчестности, не проявлять жалости к людям, не способным исправиться или раскаяться, не давать использовать себя в чьих-то корыстных целях. Учитесь вовремя сказать "нет". Поменьше сочувствуйте посторонним людям и побольше уделяйте внимания близким.
Другой Вашей проблемой является очень тщательная проработка деталей любого дела, порождающая медлительность и безэмоциональность. Увязая в мелочах, Вы едва ли находите время для полноценного отдыха на природе или в компании друзей, что может плохо сказаться на Вашем самочувствии. Вы тщательно и глубоко анализируете все, что касается Вас и Ваших знакомых. Результаты подобного объективного анализа часто бывают неутешительными, из-за чего Вы испытываете порой чувство глубокой печали и пессимизма. Вас излишне удручает все, что выходит за рамки порядочности, нравственности и духовности.
Не идите на поводу у своей жалости, чтобы потом не бичевать себя за отступление от честности и справедливости. Помните, что истинная справедливость не допускает компромиссов с совестью.
Ускорьте темп работы, концентрируйтесь, чтобы Ваше внимание скользило мимо мелочей, останавливаясь только на главном, существенном. Попробуйте скорочтение - это поможет Вам научиться видеть общую картину явления или события. Анализируя факты, стремитесь не к уточнению, а к обобщению. Знание общих закономерностей избавит Вас от затрат сил и нервов на неоправданные, мало кого интересующие аспекты дела.
yeah eregrace 11:51:44
Я: почему у меня нет друзей?
Я: *предпочитает компанию себя*
Я: *лжет, чтобы увильнуть от социальных ситуаций*
Я: *отменяет социальные планы, чтобы провести время в одиночестве*
Я: *ненавидит выходить из дома*
Я: *нервничает, когда люди приходят в гости*
Я: хммм
­­
"Венок из подснежников" Лорд Гусей 11:22:48
Можете оценить на фикбуке, если не вам не трудно :"^ https://ficbook.net­/readfic/7202149

Венок из подснежников
п.с.: это ориджинал ^":

В округе одни частные дома. Ветхие, старые, заброшенные. Давно уже нежилые и отдающие чем-то жутким. Всё вокруг поросло травой, и эти ужасные дебри явно никто подстригать не собирался. Да, место было отнюдь не живописным, но Хизер любила его. То самое место, где она впервые встретила Айдена. И сердце начинало волнительно трепетать, глядя на безжизненный пейзаж…

Уже вечерело, и заброшенный частный сектор медленно охватывала тьма. Прямо как в тот день. Женщина даже умудрилась сесть ровно на то самое место у опустелой дороги, где некогда, почти двадцать лет назад, бессильно осела маленькая хрупкая фигура. Такая беззащитная и беспомощная. Уставшая вечно бояться и прятаться по углам дома, вжимаясь в холодные стены и молясь. Просто молясь. Молясь о том, чтобы никогда не рождаться.

Хизер закрывает свой единственный левый глаз, ведь во втором зияет дыра. Лёгкий летний ветерок треплет её волосы, которые уже прилично отросли. Как тогда. Всё как тогда! Только чувства в данный момент совсем другие: Хизер бесконечно счастлива. Страхам больше нет места в её жизни…

Но резкая боль пронизывает её хрупкую грудную клетку, выбрасывая из воспоминаний.

Или всё же есть?..

Хизер морщится, терпит, но эта боль такая противная, что она готова заплакать… Хотелось проломить себе кости, вытащить лёгкие, да всё что угодно! Лишь бы только заглушить это невыносимое чувство.

Но раскрыв уже слезящийся глаз, она видит его… И вся боль рассеивается, будто бы её и вовсе не было. Он— её лекарство. Айден…

Ровно как и в тот день мужчина склонился над ней, приветливо улыбаясь. И Хизер тянет к нему свои всё ещё по-детски тонкие ручонки…

—Ты плачешь?..

—От счастья…

От страха…

Её по-прежнему маленькие ладошки хватаются за руку возлюбленного, сжимая её в лёгкой и еле ощутимой хватке. И обе фигуры двинулись в сторону своего дома.

Хизер вяло улыбается. То ли глядя на любимые черты лица, которые в один ужасный миг она никогда больше не увидит, то ли от своих неутешительных мыслей. Боль. И снова боль. Ну, а хуже всего то, что она вот-вот разразиться кашлем. Но блондинка из-за всех сил старается его сдержать. О, нет, Айдену уж точно не стоит знать… Не в этот раз…

* * *


Хизер Олдер стоит на заднем дворе, и ветер колышет её летнее платьице из ситца, такое лёгкое и детское. Поверить трудно, что ей уже ровно тридцать лет! А она всё ещё до ужаса смахивает на ту самую маленькую девочку из далёкого ныне прошлого… В бледных руках, на которых всё ещё красуются шрамы от «дорогих» мамочки и папочки, она бережно держит венок из подснежников… Таких же белых и чистых, как и она. И резким порывом ветра уносятся куда-то в бесконечность несколько лепестков, подобно тому, как само время уносит годы её жизни.

В следующее мгновение блондинка заливается сильным кашлем. Ничего страшного, Айден на работе… Разжав ладонь, в которую только что прокашлялась, женщина без удивления обнаруживает на ней алые капельки крови. Всё в порядке, правда. Ей просто нужно взять те таблетки из аптечки, и тогда наступит облегчение. Хоть и кратковременное… Но это лучше, чем волновать любимого по таким пустякам.

Сколько же неудобств она ему принесла своими вечными болезнями. Сколько бессонных ночей они провели вместе. Она— мучаясь от жара и озноба. Он— непрерывно следя за её состоянием, боясь хоть на секунду оставить её одну… Ох, и сколько же он потратил денег на все те лекарства…

Да и какой смысл говорить об этом заболевании? Хизер всегда прекрасно чувствовала, что жизнь ей предстоит недолгая… Зато счастливая и полная любви и тепла. Но перед этим пришлось пройти те все ужасы и разочарования, боль и обиду, когда она была ещё совсем ребёнком! Всё ради того, чтобы обрести свой лучик солнца. Айдена.

Она была недоношенным ребёнком, отставала в физическом плане, была вечно вялой и медлительной, с целым букетом врождённых заболеваний, со слабым иммунитетом, страдающая от вечных побоев родителей. Всё это вместе не прогнозировало Хизер прожить и полвека. И что-то ей подсказывало, что осталось ей недолго… Конечно же, это не произойдёт прямо сейчас, не на следующий день, не через год… Чуть позже. Но когда именно? От таких размышлений по спине проходились мурашки.

И почему люди не изобрели лекарство от самой страшной болезни— смерти?..

Самое леденящее в смерти даже не её ожидание, а осознание того, что в один миг всё пропадёт, провалится в бесконечную чёрную пустоту. Что пропадут из вида и памяти те прекрасные пурпурные глаза, каждый его шрам, так забавно торчащие волосы… И объятья, крепкие, тёплые, и ночи жаркие и волнительные, и все эти совместные переживания, и прожитые бок о бок годы…

Многие задаются вопросом «А что есть жизнь?». Хизер же думает, что есть смерть? Рай иль ад? Продолжение самой жизни? Или просто всепоглощающая мгла? Какая разница, если в любом случае ты будешь прибывать в полном одиночестве. Без этих тёплых рук…

И на мутно-зелёных глазах наворачиваются слёзы. Как не хочется верить, что в один жалкий момент всё исчезнет, пропадёт! Что разрушится вся эта прекрасная сказка. Завянет и сгинет, подобно цветам из венка.

И вновь Хизер заливается кашлем. Как трудно дышать! Пытаешься сделать хоть малейший вдох, но будто что-то перекрывает доступ воздуха. Но этот ужасный приступ прекращается как по волшебству, когда женщина краем глаза замечает, как фигура Айдена возвращается домой с работы.

Бледными ладонями она вытирает слёзы, стараясь прийти в себя от своего размышления.

* * *


—Как ты думаешь, я ведь умру раньше тебя?..

Она по прежнему держит в руках венок, наблюдая за тем, как медленно, словно сама её жизнь, вянут и гибнут подснежники.

—К чему такие вопросы?

Он заметно хмурится и бережно обнимает её хрупкую детскую фигуру, будто боясь сломать.

—Да так… Пошли в дом?

Она кидает венок куда-то в траву. Пускай живёт в неведении. Пускай живёт спокойно, не зная о её болезни. Пускай… Пока в один миг Хизер не станет.
­­


Категории: Фанфики, Ориджинал, Ос, Драббл
Цыганка и киллер. L0ST. 08:17:56

Ночная сказка о двух неупокоенных душах.
­­


Подробнее…Событие то, смутное и необычное, происходило безлунной ночью, а вернее сказать - стрелки старинных часов показывали 40 минут 11-го. Часы те, ветхие и вечно поскрипывающие, ровно как и весь дом, висели на южной стене уже давно: разве что только вон то пыльное прабабкино зеркало видало, кто их принес. Помимо часов и зеркал (да-да, заметьте, было оно не одно - зеркал были десятки!) жилище полнилось всякого рода хламом: повсюду валялись книги, рваные газеты, одежда, походившая скорее на половые тряпки, какие-то доски, скудная мебель, пустые бутылки, затоптанные конверты и еще Бог знает что. Впрочем, не будем столь наивны - Господь Боженька напрочь забыл про сие место. У Него были дела куда важнее, например, столетиями голодающие дети в Африке или освящение Духом Своим новых церквушек из золота.
Возвращаясь к дому, остается сказать, что из мебели уцелели в нем большой тяжелый шкаф да тумба с ванной, причем последняя использовалась в качестве просторного писсуара. Ну, а что такого? Вода в кране все равно вонючая и грязная, для питья не пригодная, и даже для мытья одежды годится с натяжкою.
Но полно о доме; наш рассказ прерывает глухой стук двери, затем: шарканье берц по пыльным доскам, кашель, хриплый, надсадный кашель - словно вся пыль этого захолустья лютым вихрем ворвалась в глотку входящего.
Мда. Скажи мне, где твой дом, и я скажу, кто ты...
Правда, если бы даже этот высокий, худощавый человек в черных одеждах назвал свой адрес (коий мы, конечно, ут-а-им), но один самый искусный картовед и детектив не нашел бы сего здания. И тем самым перестал бы быть самым искусным картоведом и детективом.
Хм, интересно, хоть кто-нибудь представлял себе свои действия, пойди по его следам наемник? А план на случай Третьей Мировой Войны? Вторжения? Не думаю. О каком плане может быть речь, если у него даже нет собственного дома? Пусть обветшалого, пусть со скрипучими половицами и разрушенной кухней, но все же - своего. Нет же, он, подобно рабу, живет в каменной многоярусной коробке, бараке, эдаком удобном вместилище для холопов. Этот барак никак не защищен в случае нападения (мы ведь не верим в молниеносное реагирование доблестных силовых структур, верно?), и не огорожен от воров и насильников, ибо те уже довольно давно освоили канон всех алармов, а ничего нового, так сказать, авторского, они на пути никак не встретят - ведь человеку обычному легче довериться Большому Брату, чем включить мозги! Кроме того, барак может рухнуть, потому что строили его со слабой денежною мотивацией такие же рабы, мечтающие поскорее уложить ненавистные кирпичи и поехать утешаться с любовницами. Барак оттого полнится негативной энергетикой, ведь строители-то свое дело терпеть ненавидели. А значит, когда придет новоселье и счастливые домочадцы впустят на порог такой "хаты" кошку, та заорет на всю улицу, растопырив усы и пробкой вылетев оттуда как можно дальше. После чего удивленные людишки будут хворать, обнаруживать у своих личинок рак, без конца вызывать сантехника и винить во всем кого? Правильно: плохое правительство, лидера страны, тупых строителей и вон ту бабку в подъезде.
Вот и получаются миллионы зараженных, переполненных негативом бетонных коробок для жилья. Только можно ли это назвать жизнью?
Дом Вранца был не таким. То был Дом с большой буквы, пусть жутко запущенный, времен татаро-монгольского ига и с мышами-крысами, зато огражденный от внешних опасностей не только затерянным местоположением, но так же высочайшим частоколом, ямами-обманками, растяжками, постоянно обновляющимся кругом из соли, заклинаниями, заговорами, оберегами, рунескриптами... В общем и целом, нечистых душой и помыслами опасаться здесь казалось глупым.
Так же из одного из северных окон скалился само стрел, а сам хозяин сей крепости всегда носил за спиной дробовик. Имелись так же Коломет, орудие Тесла, Та Самая Винтовка и, куда ж без него, видавший виды АК-47.
Смотровая площадка располагалась на крыше рядом с печной трубой; печь топилась исправно и еженощно. Если бы не все вышеперечисленные обереги и защиты, можно было бы сказать, что в доме никто не живет. Вранц не при касался к запыленным предметам, заходя внутрь каждый раз по цепочке своих следов, дабы затопить печь, всегда брал с пола одну ветхую книгу и уходил ночевать во двор.
Здесь куда светлее, чем внутри - желтый глаз луны заливал мистическим светом все вокруг. Свет тот немедленно выхватывал невидимые нам доселе детали: лицо Вранца являлось белым, морщинистым и худым, напоминал изваяние; белые же брови шли в контраст с рыжими, ближе к каштановому цвету короткими волосами. На вид ему можно было дать лет 35, если бы правую сторону некогда аристократичного лица не уродовал ожог: тянувшийся от горбинки переносицы до подбородка, захватывающий район шеи и часть уха, шрам стягивал мышцы, делая мимику мужчины будто бы скованной. Глаза же, глубоко посаженные, единственные светились живым огнем среди этой маски. Янтарно-горчичного оттенка, смотрящие вглубь беззвездного неба, и, одновременно - вникуда, глаза жгучие, глаза, в которых до энных пор спал убийца и зверь.
Можно было подумать, что он солдат, переживший ужасы войны, или жертва, чью семью вырезали в одночасье, но... Слишком уж спокойным и странным казался хозяин скрипучего дома. Качества , сильного волевого человека волнами излучались от него: от стойкой, уверенной позы; от властно сжимающих переплет книги пальцев (название, которой, нельзя уж было разобрать в темноте); от равномерно вздымающейся и падающей широкой груди, на которой виднелся талисман с большим янтарем в медной оправе; от шороха его черных одежд и босых ног, уверенно внедрявшихся ступнями в землю.
Не важно, холодно было на улице или тепло, одинокий хозяин всегда разувался и оставлял пальто в доме. А так же, входя, что-то тихо шептал одними губами. Вздыхал. Опускал голову, доставал сигарету. Возвращался во двор. Закуривал и подолгу, присев на бревно, смотрел вдаль. Странный и молчаливый был человек Вранц.
Сегодняшняя ночь выдавалась тихой. Ветер не трепал крон деревьев, обступающих частокол неприступной стеной, не выли волки, что нередко охотились в здешних краях, не скрипели развалины соседних домов, давно превратившихся в горелую рухлядь. (О том, что некогда на сей затерянной земле произошел пожар, упоминать смысла нет, ибо обо всем может догадаться хоть сколько-нибудь внимательно читающий человек). Не шуршали мыши в зарослях, не кричали дикие птицы. Все и вся вдруг заперло в немом величии; застыли в воздухе запахи табачного дыма, жухлой травы, еловой хвои, старых досок... Глаз Луны, налившийся желтым, цвета корки старого лимона оттенком, неустанно бдил за происходящим.
Вранц нахмурился и затушил сигарету. Обычно он считал тишину своею доброй спутницей, он ценил ее, как ценит жид груду слитков, но сейчас чутье говорило ему иное. Мигом взгляд одиночки переметнулся на кольцо, золотым ободом украшавшее указательный палец. На кольце медленно, одна за другой, появлялись рунические символы.
Так и есть.
Щелкнув срезом дробовика, свободной рукой мужчина проверил наличие кинжала в ножнах, досчитал до десяти и двинулся охотничьей походкой по направлению к двери. Та оказалась заперта, но опытный киллер лишь еще сильнее сдвинул брови; соляная насыпь исчезла. Еще раз оглядев дом, он, словно током ударенный, отступил назад - по невнимательности охотник не приметил явнейшую примету, коей являлся опустевший дымоход. Кто же потушил угли в печи?
Резко толкнув дверь ногой, Вранц ворвался в дом, зажег ближайший фонарь и быстро огляделся. Пальцы его побелели, сжимая ствол оружия, а сердце выстукивало шаманический ритм. Не смотря на всю внушительность и кажущуюся профессиональность, именно ЗДЕСЬ Вранц чувствовал испуг, больше всего на свете не желая вновь увидеть ЭТО.
Но увы или же к счастью, страхи продолжают посещать нас до тех пор, пока мы не одолеем их.
На пыльном полу, у потухшего камина, сидела девушка в позе лотоса. Ее длинные, черные волосы развевались на несуществующем ветру, и она не отбрасывала тени.


***


Говорят, что призраки - ничто иное, чем плоды больного человеческого подсознания. Они появляются, когда кто-то не может справиться с трудной ситуацией и теряет рассудок. Тогда они рождаются в его в его воображении до самой смерти.
Говорят, призраки - души, не давшие подручнице Смерти забрать их в ад или рай; души эти сначала страдают, а затем теряют рассудок и становятся обычной нечистью.
Говорят, призраки - существа нейтральные и всегда были на Земле, и ведут себя по отношению к людскому роду так, как оный относится к ним. Одни могут предупредить о чем-либо важном, другие - не пустить на территорию, которую завоевали однажды ваши предки.
Много что говорят...

Первой мыслью его было выстрелить, перезарядить и еще раз выстрелить - а затем засыпать место солью и выжечь там новые мощные рунескрипты. Второй мыслью - разглядеть лицо, найти "гостью" в базе данных ФБР и сжечь ее тело, раз и навсегда покончив с ночными визитами. Третьей мысле же появиться на свет было не дано: неизвестная встала, грациозно выпрямившись во весь рост. Причем сделала то без присущей потусторонним существам привычки двигаться, словно в ускоренной съемке; нет-нет, жесты нашей гостьи были продиктованы осторожностью. Черновласая, слегка кудрявая, с подчеркнутыми темной подводкой большими глазами и густыми бровями необычной формы, в блеклом, но когда-то цветастом и привлекательном платье, она явно выдавала в себе цыганское происхождение. Образ дополняли маленький бубен в правой руке и легкая сумочка через плечо.
Вранц, все же направляя оружие на призрака, внутренне поразился тому, как хорошо она сохранилась. Ни дыр в одежде, ни сломанных ногтей, расчесана и ухоженна, а вслух лишь сказал грубо:
-Выметайся из моего дома и больше не появляйся в нем. На моем счету уже слишком много убийств твоей поганой родни.
Но цыганка не пошевелила ни пальцем. Казалось, она знала, что человек не выстрелит. Знала так же, как и всякая женщина, обладающая какой-бы-то смекалкой, что мужчина уже находится в ее власти. Незваная гостья улыбнулась своими пухлыми алыми губами. Опустила веки, присела в реверансе, ответила. Голос ее напоминал звон монеток, что блестели на бордового оттенка бахроме, оформляющей бюст:
-Выслушай. Я не принадлежу ни к силам Тьмы, ни к силам Света. -черные глаза вдруг загорелись, и, прикрываемые вЕками, от того делались все игривее. Подмигнув, цыганка тут же опустилась прямо на соль, что была ссыпана аккуратной горсткой. Стало быть, сделано то было заранее, с понятным намерением. Села и звонко рассмеялась. Ничего не произошло! Очертания призрака подернулись, расплылись на мгновение, но более ничего с девушкой не случилось. Напуганный Вранц сделал шаг назад. В уме он уже лихорадочно перебирал все варианты уничтожения духов: нужно срочно сжечь тело или вещь, к которой оный привязан, прочесть молитву, опрыскать святой водой... Ничего из этого, даже из средств защиты (помимо оказавшейся бесполезной соли) у киллера не было.
Ощущение собственной беспомощности навалилось, перехватило дыхание (уж не цыганка-ли принялась за свою жертву?), подкосило ноги. Удар коленями о брусчатый пол тупой болью отозвался в пояснице.
Конец?
Он прошел слишком многое, чтобы умереть, так и не найдя способ ЕЕ вернуть...
-Ее? - голос девушки вырвал Вранца из Хаоса мыслей. -Ее - кого?
-...Уйди. - мужчина со шрамом на лице, доставшимся ему в результате многолетней работы убийцы чудовищ перезарядил дробовик и выстрелил. Но на сей раз промахнулся. -Просто изыдь.
Никто не посмеет заговаривать о НЕЙ. Никогда.
Вранц попятился на коленях, и никому из знававших этого расчетливого, бесстрашного убийцу не доводилось слышать от него столь нечеловеческий, сиплый вой. Вой скорбящего.
Но цыганка не отступала. Вернее сказать, она и с места двигаться не смела, но услышанная мысль незнакомца вызвала в девушке неподдельный интерес. Решив действовать женской слабостью и хитростью, приведение осторожно, дрожащей, обвешанной всевозможными браслетами рукой, потянулись к мужчине. Тот онемел. Цыганка заглянула в его глаза, и столько боли, печали и сожаления увидел Вранц в очах ее, сколько даже ТОГДА не набралось бы в его собственных. Тем временем девушка быстро сняла с шеи какой-то амулет в виде рогатого божка и вложила безделушку в ладонь охотника. Не давая ему опомниться, черноволосая сделала шаг назад, взметнув слой пыли, и неожиданно громко выпалила Вранцу в лицо:
-Уничтожь его, если хочешь убить меня! Но знай, человек, ты сделаешь это во второй раз, ибо в душе...-тут ее голос задрожал, понизившись до яростного шепота.-...Ибо в душе я, Карима, уже давно мертва!
Что-то изменилось в его нутре. Словно позабыли он, что мгновение назад дрожал всем телом своим, опутанный липкой сетью из смеси страха и ярости.
Смотря же теперь в глаза девушки-призрака, лицезрел он муки ее. Очерствевшее, грубое сердце Вранца вдруг треснуло пополам, до того глубинные чувства передала Карима, и звук крошащегося камня вырвался из горла его полным страдания стоном. Сколько пылкости, сколько отчаяния, сколько боли выражали эти два прекрасных агата! Как нежны, хрупки и миниатюрны были отмеченые морщинками выплаканных рек слез черты смуглого лица!
Сжав в кулаке данный оберег, мужчина окончательно рухнул на пол. Вранц обхватил руками голову:
"Как же оно так? Разве бывает?! Видение это все наркотическое, иллюзия, но зачем тогда божок с рогами, зачем оно все? Шельмовские проделки, или я с ума сходить начал? Боже, боже... Смотрит так, будто все слышит... А все же, коли дала свою побрякушку, я и убить могу, да... Не зря киллер."
Минутная паника отступала. Вранц выдохнул глубоко и облегченно, чувствуя, как возвращается контроль над происходящим. Карима села напротив, скрестив изящные ноги под платьем.
-Просто брось в огонь, когда надумаешь.
-Ты читаешь мысли? -обычно неподвижные брови мужчины слегка поднялись. Он и раньше о том догадывался, но людям свойственно до самого конца отвергать то, во что им не хочется верить.
-Насколько ты уже успел заметить, мой преступный друг.
Тот усмехнулся - успела даже заглянуть в прошлое. Ну не шельма ли?

***

Вся наша жизнь - колода карт,
Жаль, нам расклад сей неизвестен
И кажется, что вот сейчас
Победа будет... Но судьба
Решила: карта будет бита.
И жизнь летит ко всем чертям,
И ты опять лежишь побитый.
А. Тинай

..Странно было сидеть в полумрачной, заброшенной гостинной и просто так говорить с призраком цыганки. Знаете, когда сон уже кончился, но его образы все еще преследуют тебя, не давая окончательно встать с мягкой постели. Так же, как и в эту лунную ночь Вранц никак не мог осознать, грезится ли ему происходящее. Вот она - девушка в вытцевшем, бордовом, узорчатом платье, вся накрашенная и кудрявая, с мушкой-родинкой над уголком рта и руками, покрытыми татуировками, конечно, не дышит, зато нервно перебирает тонкими пальцами складки. Поправляет свесившуюся черную прядь обратно за маленькое ушко. Хлопая ресницами, смотрит в пол. Желай она ему зла, уже давно бы свершила деяние, но не , сидит же... С какою такой целью?
Мужчина кашлянул, не выпуская дробовика из рук. Пыль причудливо взвилась в затхлом воздухе. Красиво.
И все же. Может, она ждет кого-то? Кого-то более могущественного. Или...
Гостья прервала его размышления. Произведя несколько ловких движений, она достала колоду карт: простую, матово-черного цвета колоду. И, тряхнув роскошной призрачной гривой, предложила:
-Не сыграть ли нам в карты?-и, тут же, предугадывая ход мыслей своего нового властелина (ведь мы помним, что Вранц запросто может убить цыганку!), добавила более учтивым тоном:
-За игрой мне будет легче рассказать свою историю, а тебе - свою, если проиграешь, конечно. А выиграв, ты узнаешь, что я здесь делаю. Согласен?
Он согласился. Женщины, пусть даже шарлатанки, не наделены нужной для победы карточной логикой.
Итак, Вранц перетасовал колоду, и, стараясь не задаваться вопросом: на кой черт сдалась ему вся эта нечисть, раздал каждому по 6 карт. Козырем оказался криво лежащий в самом низу червонный туз. Первый ход выпал Кариме.

...Игра шла вяло, впротивовес рассказу призрака: ее голос то срывался, то падал, то дрожал от невыплеснутого гнева.
-...Я была избранна. Я, дочь барона, любимица всего табора, по какому-то нелепому случаю судьбы, из-за жалкого жребия, должна была выйти замуж за самого ужасного человека во всей округе. Ходили слухи, но он завтракает детьми и живьем сдирает шкуры с животных. Но то были лишь слухи, а случившееся со мною - священной традицией, и мне пришлось смириться, дабы позорным бегством не опозорить наш род...
Внимательно вслушиваясь, киллер подкинул еще одного вальта, и девушке с досадой пришлось сгрести все карты. Время близилось заполночь; надписи на кольце болезненно жгли Вранцовский палец.
-Но накануне я не выдержала и ночью сбежала к дому своего будущего мужа. - тут ее глаза вдруг потухли; кожа стала на миг прозрачной. В спонтанном сочувствии мужчина ухватил Кариму за руку, хоть в жесте этом не было ровно никакого смысла: как мы не ощущаем прикосновений призраков, так и они никогда не почувствуют наших.
Сжав губы, цыганка провернула какую-то махинацию и вновь сровняла счет. Но охотника так просто не обманешь. Вранц, ухмыляясь, пробормотал: "горбатого, как говорится..."
-Могила исправит? У меня ее нет!
С минуту Карима смотрела ему в душу своими огромными, будто пара агатов, глазами. А затем рассмеялась. Смех ее напугал бы любого другого: дрожала посуда в покореженных шкафчиках, дребезжало зеркало, неистово звенели входные обереги. Несчастная заливалась смехом, и скорбящий заливался вместе с ней. Двое, окутанные пылью и туманом, двое, мужчина с изувеченным лицом и прекрасная женщина, призрак и человек с навсегда погибшими душами и разбитыми сердцами - у одной - давным-давно, сердце другого - треснуло час назад. Двое смеялись, кладя карту за картой, и лица их озаряли улыбки.

***

...Черноволосая задорно кивнула, бросив на пол тройку шестёрок.
-Дьявольщина...
-И правда.-кажется, ему удалось ей понравиться. Вранц играл и весь обращался в слух, не замечая, как тем временем красота соперницы становится все ярче и привлекательнее. Карима словно вновь обретала тело из плоти и крови, и вот уже перед ним восседает настоящая дама, а не загнанный дух.
Набрав побольше воздуха в легкие, девушка убрала "битое" в нужную стопку и продолжила говорить:
-В ту ночь было очень темно. Над моей головой светили от силы три звезды, да и те настолько слабо, что не представлялось возможным рассмотреть собственные руки. Подгоняемая страхом обнаружения, я бежала, продираясь сквозь заросли, обжигая ноги крапивой, наступая на сосновые иглы, и наконец увидела его шатёр. У входа стояли головорезы с факелами. Я огляделась. Их табор погряз в нищете...
С щеки Каримы скатилась крупная слеза, тут же расстворившись в воздухе.
-..Лошади лежали в собственном навозе, их били кнутом, заставляя встать. Шатры разваливались буквально на глазах. На детях не было одежды. А он сидел в своём логове и считал золотые слитки, пожирая баранину.- цыганка сделала отталкивающий жест руками, словно отстраняясь от кошмарных воспоминаний. На секунду меж пальцев её мелькнул набор карт. -Всюду - разруха, голод, настиле. Женщины и дети были рабами, а мужчины - безвольными мулами!- она выругалась на родном языке, отбив семерку козырью.-Вместо того, чтобы сплотиться, восстать и защитить свои семьи, они, подобно крысам, дрались за каждый гнилой кусок.
Вдруг она прервалась, и, положив свои призрачные ладони на колени Вранца, заговорила потусторонне, зашептала эхом голых стен, шелестом сквозного ветра и криками ночных птиц. Мужчину снизу доверху пробрал холод, но он слушал:
-..затем я прокралась к нему в шатёр. Тихо вывела всех наложниц, уложив своими силами двух охранников. Собрала слитков, сколько могла унести, развернулась к выходу и в последний момент оказалась поймана.
Глаза Каримы горели, отображая собой то, что происходило в ту ночь, и Он увидел...
<<Молодая, ещё не распустившаяся во всей красе, но выделяющаяся среди обступившей толпы грязных женщин черновласка. На ней то же платье, ноги в дорогих туфлях из кожи. Голова гордо задрана, обрамленная растрёпанными кудрями, макияж смазан, рот искажается в гримасе ненависти и боли. Её ведут куда-то к столбу, на ходу грубо смеясь и хватая на интимные места, дергая за густые кудри, отвешивая удары по лицу. Кругом в темноте можно различить толпу людей, но вот сама толпа к мучениям пойманной совсем безразлична. Поэтому гадалка не зовёт на помощь: только шипит, подобно дикой кошке, шипит, брыкается и плюется, своим вызывающим поведением пытаясь скрыть страх. В хоре разъяренных мужских голосов слышатся отдельные, на удивление трезвые выкрики:
-Бунтовщица!
-Предательница рода!
-Шлюха!
И один, ставший для несчастной Каримы роковым:
-Я нашёл у неё в сумчонке карты! Чёрная колода! Это ведьма! На костёр её!
Бешеный, животный ужас мелькает в глазах цыганки. Пуще прежнего дергаясь, несчастная пытается освободиться, но получает удар под дых. Слышится сдавленный стон. Прекрасные пухлые губы обагряются бордовым, кровь стекает на подбородок, платье, землю...
...Сена уже достаточно. Голая, обесчестенная, израненная дочь барона привязана к столбу грубыми, пережимающими запястья верёвками. Маленькая грудка её то вздымается, то спадает, часто-часто - ровно у какой-нибудь птички, что повалил на землю смертоносный ястреб.
Ястреб. Карима видит, как по светающему небу летит вдаль свободный хищник, и в грудке её бьется уже не страх, а кипит вулкан праведной ярости. О Карима, о, сильная, стойкая женщина, ты перенесла столько унижений, под которыми сломалась бы самая стойкая королева! О Карима, откуда в тебе этот огонь?!
Спичка брошена в стог. Пламя разгорается мгновенно, освещая тех чудовищ, что сделали Это с нею, пожирает жухлую траву, нестерпимым жаром начинает лизать пятки. Цыганка молчит. Через пять минут горит уже вся нижняя часть тела, и, превозмогая неистовую боль в промежности, отважная бунтарка кричит слова порч, проклятий и благословений, адресовывая их виденным ею в этой жестокой жизни людям. Все они сбудутся.
-Сейчас, о псы, Солнце стоит
На вашей стороне, но помните:
Ничто не вечно, memento mori! Будут рождены
СмелЫ мужИ, сметут что вас с костлявых тронов!
Дым раздирает горло, но она должна, обязана произнести последнее заклинание, дабы затем иметь возможность вернуться и отомстить извергам. В легких, разрываемых поистине адскою болью, уже нет сил кричать, и Карима тихо шепчет что-то над амулетом в виде головы быка, шепчет, стараясь не обращать внимания на запах собственного горелого мяса, видя, чувствуя, как дьявол огня сьедает её невинную молодую грудь...

...Нить догорает, и никем незамеченный медальон падает в пепел. Тут же пролетающий мимо ворон хватает своим мощным клювом ценную вещицу и улетает далеко-далеко в лес, за кронами которого занимается рассвет.

Комната. Призрак Каримы, сидящий напротив. Сердце Вранца колотится, как никогда раньше, голова идёт кругом. Шок его вовсе не от того, как получилось возможность побывать в том страшном месте, а от того, ЧТО именно было увидено. Адреналин бурлит в крови, хочется что-то сделать, вскочить, закричать... Жестокость, несправедливость, бесчеловечность тех тиранов теперь сжигают его изнутри, рвёт остатки души на кровоточащие ошмётки. Вранц не может понять, кто он и есть ли сейчас в мире что-либо, за что можно ухватиться, лишь бы отгородиться от ужасного воспоминания призрака. Он поднимает к лицу руки, начисто забыв про колоду, поднимает свои грубые, дрожащие ладони и долго смотрит на них. Ладони берсеркера, охотника, наемника, киллера. Они ничем не лучше тех ладоней, что били черноглазую девушку по лицу, нарушая священный закон о неприкосновенности женщины. Не лучше тех пальцев, бросивших спичку в стог с сеном. Монстр...
Цыганка-спасительница по-прежнему молча сидит, разглядывая Вранца. Словно почувствовав это, он поднимает голову ей навстречу. Внутри роятся тысячи вопросов, но на главный, самый большой и важный для него самого - Карима решает ответить.
-Как я живу с болью? О, мой преступный друг, мне нет утешения... Я выбрала жизнь призрака, надеясь отомстить - но это сделали другие - наложницы, освобождённые мною из того ужасного места, сразу побежали в табор, рассказали все отцу, и нетрудно догадаться, что стало с теми...
Девушка презрительно сплюнула.
И вот - привидение развела руками - я скитаюсь по свету, привязанная к тому, от чего погибла. Ироничная жизнь...
Заметив удивленное лицо мужчины, Карима поправила подол платья и, как бы нехотя, разъяснила:
-Погибая в огне, я сохранила амулет. Да-да, тот самый, что ты сейчас держишь. И если он долго находится вдали от тепла, то начинает ржаветь. Разрушаться. А вместе с ним разрушаюсь и я.
девушка встрепенулась, взглянув на карты. Колода была уж совсем тоненькая, словно символизируя, как мало времени им осталось провести вместе. Или просто Вранц так подумал... Он уже признался себе, что не хочет отпускать приведение. Сильная духом и отчаянная цыганка чертовски напоминала ему о НЕЙ...
Карима многозначительно помахала веером карт перед носом мужчины. - Чего мы ждём? Ходи.
Но Вранц не мог. Он был все ещё там, в таборе, видел ужасные образы несчастных людей, и, удивляясь некогда безразличному и холодному ко всему живому себе, почесывал подбородок. "Неужели ничего сделать нельзя?" "Что стало с табором?" "Есть ли у Каримы живые родственники?", "Как давно все то было?". Вопросы роились в голове, как роились мухи вокруг тем временем незаметно разгоревшегося камина. Огонь отплясывал на плечах девушки, играя с плавными изгибами её шеи, и кое-где призрачная текстура подрагивала от нагревшегося воздуха.
-Постой... Почему все же ты именно здесь? Почему именно я?
Мужчина чувствовал, что начинает сердиться на цыганку, привнёсшую его кое-как склееному сердцу добивающую горсть боли, и на себя, за то, что не уничтожил призрака в самом начале. А ещё в нем что-то оттаивало.
Тем временем часовая стрелка подбиралась к цифре "3". Вот-вот начнёт светать.
-Почему? Выиграй же, и я расскажу тебе, - ухмыльнулась шельма, побеждая семерку дамой. В ответ разгневанный противник ходил дамой и был бит королем. Взяли уже последние карты, и продолжение игры теперь стало совершенно бессмысленным.
-Туз.
Очень необычно было наблюдать улыбку, настоящую, искреннюю улыбку победы на устах призрака. Пусть даже такого обаятельного. Моргнув, Вранц с удивлением для самого себя заметил, как мало его новая знакомая стала походить на приведение: с того момента, как они сели играть, цыганка полностью материализовалась.
Проигравший грустно вздохнул. Спор с призраком, те жестокие люди, страшная смерть... Человеческое безумие не знает границ.

***

Наш род издревле делился на Создателей, Созидателей и Разрушителей. Причём Создатель, не одобрявший творение Создателя другого, легко мог стать Разрушителем. Ну, а Разрушитель увидел бы в произошедшем хаосе порядок, и начал бы крушить с еще большей силой, видя во всей этой вакханалии нечто прекрасное. Лишь Созидатель всегда оставался верен своей позиции, и, не вмешиваясь в ход вещей, являл собой Бога.

***

Пахло розой и лавандой. Сумрачное небо прятало одну за другой звезды, оставляя при этом желтый Лунный диск приглядывать, чтобы никого не забыли. Ветра по-прежнему не наблюдалось. Признаться, терпения Кариме было не занимать: поигрывая сережкой в ухе, она ждала, когда же её ночной собеседник избавится от призраков прошлых и начнёт рассказ о своих.
И он начал. Вранц рассказывал ту историю так, как не рассказывал ни одному следователю, ни одному священнику; губы и язык его только транслировали то, что переживала, погрузившись в воспоминания, мертвая душа:
-Мы поженились и я обрёл счастье. Её звали Кармелита, немного похоже на твоё имя, да...
Ветер вдруг усилился, в унисон ему зашумели дом и обереги с частокола.
Цыганка придвинулась ближе (на удивление, от неё пахло приятной хвойей), но все равно были слышны только обрывки фраз:
Обручальное кольцо... Шаман... Я хотел обучаться магии рун, но ей не нравилось моё намерение... После долгой ссоры я пошел... Шаман был на своём месте. Он все знал... Мы начали очередное занятие... Тогда я медетировал на руну Кано... Огня и порчи... Когда я вернулся...
Последняя фраза его, от болезненных эмоций либо сильного кашля, прозвучала грубо и сипло, как топором отсекают лишний сук дерева:
-Когда я вернулся, то увидел, как дом горит дотла.
Вранц тяжело вздохнул, сжал зубы; по его щекам покатились скупые мужские слёзы.
Призрак же сидела, как была, и сей факт добил пережившего слишком много боли за одну ночь несчастного одиночку:
-Я не виноват в их смерти! Это все он, Шаман, он забыл предупредить о темной стороне руны заранее!
Что есть духу, киллер ударил кулаком в пол. Хрустнули доски.
-Я думал отомстить, понимаешь?! Я сделал месть Делом Жизни, стал охотником на нечисть, святым экзорцистом, инквизитором, наемным убийцей! Я убил стольких, скольких ты не видывала за всю свою проклятую жизнь! И зачем, зачем?! Чтобы, придя почтить память жены и детей в этом самом доме и встретить тебя?! Нравится причинять боль тем, кто её ещё может чувствовать, да, цыганка?!
Карима молчала. Она догадалась, кого увидел в ней Вранц; ровно как и понимала, что выполнить желание мужчины с разбитым сердцем ей невозможно. Впервые цыганка осознала, что не может помочь вдовцу. Много израненных сердец ей встречалось доселе, и все она умудрялась исцелить, но на этот раз призрак-колдунья была бессильна. По щекам цыганки потекли слезы сожаления и глубочайшей вины.

Безутешный же не переставал кричать, и то были уже не ругательства, но вой. Страшный, надсадный, полный боли и безысходности вой раздавался по окрестностям леса, заставляя прятаться в норы крыс и вздирать вверх свои носы, принюхиваясь, волков.
Вскоре вой перешёл в тихие рыдания. Широкоплечий мужчина сидел на полу, обняв себя за колени и вздрагивая втакт всхлипам, раскачиваясь из стороны в сторону.
Погнавшись однажды за местью, Вранц заставил своё сердце окаменеть, и вот теперь, впервые открыв глаза на правду, позволил той, оживив камень, проникнуть в закоутки мертвой души - и оживить её тоже - ценой нестерпимого страдания. Сердце было освобождено из оков и теперь обливалось кровью, ровно как захлебывалась в ней же душа Каримы - отважной цыганки, скитавшеейся по свету в поисках тех, кому могла помочь. Оба они сохранили свои жизни и рассудок в той или иной форме, но сделав то, обрекли себя на вечные одиночество и страдания.
А как же Вранц, спросите вы? Ведь он-то может встретить другую, не менее хорошую собой девушку, создать с ней семью, найти работу... Карима же - подыскать себе спутника-призрака и бродить по свету вместе с ним. Но не забыли ли вы, дорогие читатели, что Вранц-де-Бург числится в розыске самых опасных преступников за многочисленные убийства и поджоги, да и станет ли искать новую партнершу тот, кто еженощно в течение многих лет приходит к дому гибели своей жены и детей? Смешно, если бы не было так грустно.
Ну, а цыганка-Карима есть призрак необычный, жизненно зависящий от тепла и огня, в то время как остальные представители её вида жар не переносят. Судьба, как уже писалось выше, порой слишком иронична и жестока. Но порой человеческий мозг способен обойти её тычки; так и Вранц, внезапно охваченный какой-то мыслию, повернулся к новой знакомой и, как бы невзначай, спросил:
-Моя жена... Она ведь все ещё здесь? -глаза его, за одну ночь постаревшие и усталые, на миг загорелись янтарями Надежды.
Звякнули серьги-кольца, рассеяв тишину, в ответ. Карима грустила. История собеседника, кажется, добила её морально, и девиз "всех не спасти" теперь явился перед целительницей душ во всей красе. Но, нужно уметь говорить людям правду, и она прошептала самое сложное в мире слово:
"Нет".
Затем молча убрала карты в колоду, спрятав в бесконечных складках своего платья, и, обернувшись, с деланной холодностью сказала:
-Стань призраком. Найди ее сам.
В другой ситуации он бы рассмеялся, разозлился, пришёл в состояние шока, но сегодня являлся особенным днем, точнее сказать, ночью. И в ней не могло быть "других" ситуаций. А ещё ему было нечего терять. Вранц кивнул.
-Как это сделать?

***

Тени лесов отступили, открывая полный обзор на покосившийся домишко с высоким частоколом. Повсюду виднелись ловушки, рунескрипты, горстки соли, какие-то ягоды... Не день, но и не ночь происходил сейчас на Земле. Луна ушла; Солнце спало. Все было спокойно и тихо, лишь перекликивались меж собой ранние птахи, да зудели комары над осокой. В зарослях крапивы копалось какое-то кротообразное существо. Старые деревья скрипели - видно, жаловались друг другу на не те времена, мошек-паразитов, да на сухую почву. Все жило своей жизнью.
У корней высокой сосны, обросших мхом, мелькнула чья-то рыжая лапа. Затем появились усы и хвост; и вот уже из-за дерева грациозной охотничьей поступью выходит огромный каштановый кот с тремя янтарно-жёлтыми глазами. На правой стороне его морды - уродливый шрам, на шее - покачивающийся талисман в виде рогатого божка. Не смотря на свою кажущуюся массивность, лесной зверь с лёгкостью взбирается на верхушку сосны и обращает взор всех трёх очей вдаль.
Там, ярко загоревшись, что-то с невероятной скоростью наинает стремление в небеса, достигает апогея, превращаясь в маленькую белую точку, и, подмигнув ему, навсегда исчезает.
Вранц-де-Бург закрывает третий глаз - датчик духов - и ещё раз молча благодарит Кариму за её прощальный подарок. Он вытягивается на ветке, собираясь передохнуть: впереди ждут долгие годы поисков, и накрывает нос пушистым хвостом.
Доброй дороги тебе, о, храбрая цыганка.




обитель > Изюм (записи, возможно интересные автору дневника)

читай на форуме:
гггг
Няяяяя!!!!!!!Ня...Н...Няяяяяяяяяяяя...
* * *
пройди тесты:
Шаман: личность, функции, точка...
Holly.know or not?
Подружка Босса (часть восьмая)
читай в дневниках:

  Copyright © 2001—2018 BeOn
Авторами текстов, изображений и видео, размещённых на этой странице, являются пользователи сайта.
Задать вопрос.
Написать об ошибке.
Оставить предложения и комментарии.
Помощь в пополнении позитивок.
Сообщить о неприличных изображениях.
Информация для родителей.
Пишите нам на e-mail.
Разместить Рекламу.
If you would like to report an abuse of our service, such as a spam message, please contact us.
Если Вы хотите пожаловаться на содержимое этой страницы, пожалуйста, напишите нам.

↑вверх